23 сентября 2020, среда -
«Мой Архангельск» — партнер Яндекса по Региональной программе
myarh.ru / Новости

Рижские корни Юрия Германа

5 января 2009, понедельник - 15:06

Сегодняшнее поколение россиян и латвийцев знает Алексея Германа — известного режиссера, автора таких лент, как "Мой друг Иван Лапшин", "Проверка на дорогах", "Хрусталев, машину!". А ведь многие его ленты сделаны по книгам, написанным отцом — Юрием. Выдающимся советским писателем.

В биографиях Юрия Германа пишут, что его жизнь связана с Ленинградом. Все верно. Но родился–то он на берегах Даугавы — в 1910 году.

Позднее писатель вспоминал о своих корнях: "Я родился 4 апреля 1910 года в Риге. Отец в ту пору был поручиком расквартированного там Малоярославского полка, мать преподавала русский язык в гимназии. В 1914 году отец поехал на фронт, мать вслед за ним отправилась сестрой милосердия, и меня они взяли с собой. Всю войну пространствовал я мальчишкой — то с батареей, то с госпиталем матери".

В архиве Германов сохранился фотоснимок, сделанный в одном из рижских парков: четырехлетний Юра Герман вместе с родителями. Мать — Надежда Константиновна, в пальто с меховым палантином, отец — Павел Николаевич, в офицерской форме.

Из послужного списка отца писателя видно, что по окончании в 1908 году Киевского военного училища он служил в Риге, а в январе 1913 года "согласно собственному желанию зачислен в запас армейской пехоты по Рижскому округу". И еще одна интересная архивная запись: "Приказом Управляющего Лифляндскою Казенною Палатою назначен Столоначальником Казенной Палаты с 1 апреля 1914 года". Казенные палаты ведали в губернских городах финансами, стройматериалами. Герман возглавил такую палату в столице Лифляндии.

Все мы, как писал Сент–Экзюпери, родом из детства. Юрий Герман не был исключением. Уже став известным писателем, он нередко приезжал в Ригу, хотя прожил там всего неполных пять лет. В 1940 году в городе прошел литературный вечер писателя, на который пришли и его многочисленные рижские родственники, с которыми он не был знаком. Более того — нигде в анкетах не писал, что имеет родственников за границей, хотя от родителей, конечно, знал о рижской родне. Такие "провалы в памяти" могли кончиться в то время плохо. Но все обошлось. Через год Герман вновь приехал на берега Даугавы — в творческую командировку. В то время он работал над пьесой. Увы, на сей раз вышло даже хуже, чем год назад. Поезд прибыл в Ригу 22 июня 1941 года. Вечером писатель выехал в Ленинград. Удивительно, но в это же время в Ригу приезжала легенда советского кино — Любовь Орлова вместе со своим мужем, кнорежиссером Григорием Александровым. О том, что творилось в городе в эти дни, можно судить по рассказу Виталия Вульфа в телепередаче "Серебряный шар". " На Рижском вокзале была невероятная паника. Там было очень много кинематографистов и все хотели уехать, но никто не знал как — билеты на поезд достать было невозможно. Орлова сама пришла к начальнику поезда и получила у него сорок билетов. Когда она вышла оттуда, к ней, узнав прославленную кинозвезду, кинулась женщина с ребенком — она не могла уехать. Орлова вернулась на вокзал и получила еще два билета. Ей не могли отказать. Трое суток в переполненном эшелоне под бомбежками они добирались до Минска, потом — до Москвы…".

Во время Великой Отечественной войны Герман стал военным корреспондентом ТАСС и Совинформбюро на Северном флоте. Из Архангельска часто вылетал в Мурманск, Кандалакшу, по несколько месяцев жил в Полярном, выезжал на передовые позиции, ходил в походы на боевых кораблях Северного флота. После поездки на Карельский фронт зимой 1942–го появилась повесть "Далеко на Севере", затем пьеса "Конвой" — о проводке караванов по Северному морскому пути. Прототипом главного героя стал друг писателя Гогитидзе — капитан транспортного судна. Когда его судно шло в составе каравана из США в Архангельск, фашистские самолеты атаковали транспорт. Возник пожар, но экипаж сумел благополучно доставить боевой груз к берегу. Премьера пьесы состоялась 23 февраля 1943 года — в 25–ю годовщину Красной армии и Военно–морского флота.

В Архангельске Герман заинтересовался событиями петровских времен. Он находил время изучать архивные материалы, прочитал немало книг о Петре I на Севере, о строительстве Новодвинской крепости. Начинается работа над романом "Россия молодая", которая будет закончена спустя семь лет — в 1952 году. Все вроде бы замечательно. Пьесы ставят, книги выходят, главы из них печатают известные газеты. И все же Герман под " колпаком" ЦК. В печально известном Постановлении ЦК ВКП (б) от 14 августа 1946 года "О журналах "Звезда" и "Ленинград" прошлись и по нему: "Ленинградская правда" допустила ошибку, поместив подозрительную хвалебную рецензию Юрия Германа на творчество Зощенко…"

Сын писателя — Алексей вспоминал: "Отец часто попадал в беду, и одна из них была связана с книжкой "Подполковник медицинской службы". В ней отец в страшном сорок девятом, несмотря на предупреждение, что не сносить ему головы, открыто поднял голос против официального в стране антисемитизма. Его исключили из Союза писателей, описывали имущество, он ждал ареста…. К счастью, этого не случилось".

После войны писатель не забывал Латвию. В 1950–х он приехал в Дом творчества писателей в Дубулты — работал над вторым изданием романа "Россия молодая". Писал Евгению Шварцу, что за работой только слышит, как "море–океан шумит". А в 1960–м, в дни 50–летия, "бежал" в Ригу с женой и сыном, где укрылся от ленинградского шума в гостинице "Рига".

Герман умер в 1967–м в Ленинграде — от рака. Последняя его книга, которую он заканчивал уже тяжело больным, называлась "Я отвечаю за все".

На родине отца бывает и сын писателя — Алексей. Он помнит взморье еще 1950–х, хотя не испытывает ностальгии к здешним местам. В интервью одной из рижских газет Алексей Герман говорил: " Вам будет небезынтересно узнать, что вся моя семья — выходцы из Риги. Хотя к латышам они никакого отношения не имели. Мой дед Павел Николаевич Герман служил заместителем рижского столоначальника, то есть царской администрацией, а до того он был поручиком Малоярославского полка. Вообще–то род Германов пошел от подкидыша: моего далекого предка вырастил–выкормил русский генерал, дал офицерское образование, после чего все Германы были военными. Вплоть до деда, который, выйдя в отставку, остался служить в Риге.

…В 1914 году он пошел на войну, взяв с собой моего 4–летнего отца, который так и воспитывался при артиллерийской батарее, застав на фронте и революцию, и начало Гражданской войны. После войны деда как бывшего царского ставленника все время сажали, пока папа не оказался на Вальпургиевых вечерах у Сталина: повстречав там наркома НКВД Генриха Ягоду, он попросил за деда — тот написал какую–то маленькую записочку, после чего деда уже никогда больше не трогали. Даже когда убрали Ягоду, а потом Ежова… Дед так и умер своей смертью… Лет семь назад я приезжал в Ригу со своей картиной "Хрусталев, машину!". Так вот, Латвия единственная страна в Прибалтике, где на премьеру зрители пришли лишь в первый день, а на второй собралось меньше половины зала. При этом в соседней Литве сеансы шли всю ночь на аншлагах — приезжали артисты со всех концов страны, потому что наутро мы должны были увезти копию… Так что и не ощутил я биения родной жилы в Латвии".





«  Январь, 2009  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
29 30 31 1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31 1